Предания старины глубокой

Ребенку было, по - видимому, лет десять - двенадцать. А собака. кто скажет теперь, какой она была? Одно мы можем заявить с полной уверенностью: это был друг. Верный друг Нетрудно представить - поза животного ясно говорит, как все происходило. Когда рушились здания и тряслась земля, оглушительные раскаты грома, в которых тонули все звуки, разносились далеко окрест и огненные стрелы прочерчивали черную пустоту неба, камни сыпались на головы, убивая и калеча, и ужасный, все пожирающий жар неумолимо наплывал на обреченный город; когда люди метались в страхе и отчаянии, матери теряли детей, а дети, с плачем и стенаниями бежали без памяти и оглядки, сами не зная куда; когда даже зрелые мужи, испытавшие себя в сражениях, теряли голову, превращались в жалкие, обезумевшие создания и тряслись, как осиновый листок; когда все предалось безмерному ужасу и старалось лишь сохранить собственную жизнь, - в этот грозный час ярко проявилось то, что снискало собаке вечную людскую благодарность: преданность.

Можно предположить, что погибшее дитя было ребенком Северинуса. Стараясь охранить, спасти хозяйское дитя, собака легла на него, прикрыла собой. Так их настигла смерть. И может быть, мы никогда не узнали бы, что тут происходило и кто это был, если бы не ошейник. Да, ошейник уцелел. Сохранилась надпись, сделанная на нем по-гречески, которая сжато поведала о. трех подвигах собаки - о тех, что уже были рассказаны выше. Помещенный сперва в галерею редкостей великого герцога Тосканского, а потом в Государственный музей истории Геркуланума и Помпеи, он сохраняется и поныне. И поныне на нем каждый может прочесть: «Дельта. ».