Собачья служба

На минувшей неделе Минобороны отчиталось о том, что в России разрабатываются новые образцы бронетехники с компоновкой, которая обеспечивает более высокую защищенность экипажа (реверанс ко Дню танкиста), и что планы по приобретению жилья для военнослужащих в этом году будут выполнены.

Есть, впрочем, и проблемы: к примеру, до сих пор не ясно, нужны ли российской армии четвероногие бойцы. Судьба крупнейшего в Европе и единственного в стране военного кинологического центра висит, что называется, на волоске.

Корреспондент НТВ Алексей Поборцев искал ответ на вопрос, пришло ли время рубить с плеча.

Алексей Жучков, командир учебного взвода 470-го методико-кинологического центра Минобороны РФ: «Мы здесь собак только дрессируем и отправляем в войска, а уж там они получают свои ордена и медали».

Русский спаниель Ялта — опытная минно-розыскная собака. Для собаки запах тротила — главный на этом поле. Ялта находит мину и ложится рядом, вожатый ставит флажок. Ялта нашла мину, теперь ее не может отвлечь даже стрельба из автомата. Молодую собаку постепенно приучают к запахам взрывчатых веществ. Вместе с учебной миной закладывают любимое собачье лакомство.

Алексей Жучков, командир учебного взвода 470-го методико-кинологического центра Минобороны РФ: «Для нее это игра, поиск лакомства. Ведь собаку при поиске мины поощряют именно лакомством. Для нее опасности не существует».

Настоящие мины и фугасы будут после учебы, когда курсанты с собаками отправятся по воинским частям. Самому крупному в Европе военному кинологическому центру в этом году исполнилось 85 лет. Выпускники единственного в российской армии 470-го методико-кинологического центра сражались в Великую Отечественную, прошли Афганистан, Чечню, разминировали Цхинвал. В Афганистане собаки находили итальянские пластиковые мины, на которые не реагировали миноискатели. Проверили тысячи километров раскаленных солнцем дорог.

Владимир Фёдоров, военный кинолог, ветеран войны в Афганистане: «И собака, выходя на проверку дороги вместе с кинологом, обжигая лапы, ложилась на грунт, чтобы ей было легче. Скулила и все равно продолжала искать».

Сегодня в Афганистане ищут мины и фугасы талибов служебные собаки армии США и их союзников. Пока не удается создать газоанализатор или миноискатель, который бы мог заменить обоняние четвероного сапера. Собака различает запахи на молекулярном уровне.

Пока «нарушитель» одевается и прокладывает след, Рекса прячут в палатке, чтобы не подглядывал. Рекс — розыскной пес. Его задача найти и обезвредить преступника. От подготовленной собаки не могут скрыться даже несколько нарушителей. Через 20 секунд все три беглеца уже лежат на земле.

Служебные собаки ищут мины, несут караульную службу, задерживают нарушителей, стойко переносят все тяготы армейской службы. Вместе с офицерами и солдатами учебного центра они очень стараются соответствовать новому облику вооруженных сил России.

Это настоящий собачий город, в котором живут и учатся полторы тысячи собак. Раз в полгода отсюда в войска отправляются 500 солдат-кинологов с собаками, которые освоили различные военные специальности. Собачья служба начинается здесь, в уникальном питомнике «Красная звезда».

Евгений Чухарев, председатель кинологического сообщества силовых структур РФ: «В нем выведены и сохранены лучшие породы служебного собаководства нашей страны. Те 10 пород, которые необходимы для силовых структур».

Здесь сохраняется племенной фонд служебного собаководства России. В этом роддоме все стерильно, крохотного русского черного терьера можно снимать только через окно. В собачьей больнице щенки набираются сил. После курса общей дрессировки комиссия решит, какая военная специальность им больше подходит.

А весь учебный центр в эти дни ждет вердикт другой комиссии. В рамках реформы и сокращения вооруженных сил в Министерстве обороны решают, вписываются ли служебные собаки в новый облик российской армии. Рассматриваются разные предложения — от радикального сокращения до ликвидации.

Военная реформа и сокращение вооруженных сил давно назрели. Вполне понятно стремление Минобороны оставить в армии только боевые части и максимально сократить вспомогательные службы. Но если под сокращение случайно попадут подобные уникальные центры, вряд ли это пойдет на пользу обороноспособности армии. Не будет кинологов в армии, их станет меньше и в других силовых структурах. Многие выпускники центра после службы в армии работают в МВД, ФСБ и МЧС.

Выпускник 470-го кинологического центра майор милиции Владислав Штейнер никогда не оправляется на службу без лабрадора-ретривера Чагаса. Они проверяют анонимные сообщения о заложенных бомбах. Собака помогала проводить разминирования в Чечне, куда Владислав был направлен в командировку. В 1995 году во время боя Штейнер получил тяжелое ранение, несколько дней пролежал без сознания, потерял ногу.

Владислав Штейнер, заместитель начальника кинологической службы ГУВД Воронежской области: «Я хотел доказать прежде всего себе, что я не просто объект для жалости. Я на самом деле кинолог, это то, чему меня учили в армии».

Владислав убедил начальство, что он не инвалид и справляется со служебной собакой не хуже других. Новость о том, что единственный в российской армии центр, где учат собак, может быть реорганизован и даже закрыт, поразила воронежского милиционера. Там он получил профессию, которая осталась с ним на всю жизнь.

Владислав Штейнер, заместитель начальника кинологической службы ГУВД Воронежской области: «Она поставляла нам в милицию кадры, я сам выходец оттуда, и ряд моих сотрудников проходили срочную службу в „Красной звезде“».

Недавно 460 выпускников центра вместе с собаками разъехались по воинским частям. Заявки пришли в том числе из Чечни, Ингушетии, Таджикистана и Южной Осетии.